Почему Аргентина больше не является поставщиком звезд?

Времена Месси и Агуэро позади.

Анхель Ди Мария так и не вернулся на родину. Лето 2007 года выдалось отличным: ему было 19, и он только что провел удачный месяц на канадском чемпионате мира до 20 лет. Он забил три мяча, а его команда в очередной раз отпраздновала чемпионство. Мало кто удивился тому, что Аргентина, уже бравшая Кубок в 1995, 1997, 2001 и 2005 годах, вновь оказалась на голову сильнее своих соперников.

Анхель был так хорош, что европейские клубы не хотели терять ни минуты. Когда мы приземлились в Буэнос-Айресе, он едва успел пройти паспортный контроль, как его усадили на другой самолет – в Европу, – вспоминал тренер той команды Уго Токалли.

Следующая остановка – Бенфика, за которой последуют мадридский Реал, Манчестер Юнайтед и ПСЖ. Он не единственный совершил подобное путешествие – схожего успеха добился Серхио Агуэро, а также двое других представителей той команды. В течение года еще девятеро подопечных Токалли последовали за ними.

И так – каждый год, – продолжает тренер, который принял участие во всех пяти победах Аргентины того периода. – Мы отправились в Катар и стали чемпионами. Затем – Малайзия, вновь чемпионы. И вновь, и вновь футболисты уходили в Европу, а затем – во взрослую сборную.

Тут он начинает перечислять имена, одно громче другого. Вальтер Самуэль, Эстебан Камбьяссо, Пабло Аймар из состава 1997 года, Николас Бурдиссо, Макси Родригес и Хавьер Савиола из 2001, Фернандо Гаго, Пабло Сабалета и Лионель Месси из 2005. Колодец талантов Аргентины казался неисчерпаемым.

Токалли все еще работает с молодыми в Сан-Лоренсо де Альмагро. Он все еще высматривает новых будущих легенд страны и все еще верит в то, что Аргентина остается лидером по количеству юных дарований. Талант – здесь. Игроков хватает.

Может, так и есть, но что-то все-таки изменилось. Десять лет назад в итальянской Серии А выступало 47 игроков из Аргентины, а в этом – всего 24. В 2014 году в АПЛ было 23 аргентинца, сейчас же эта цифра упала до 11.

При этом, как приметил аргентинский журналист Хуан Пабло Варски, чуть ли не половина из них – Серхио Агуэро, Вильфредо Кабальеро, Серхио Ромеро – в скором времени повесят бутсы на гвоздь. А их наследников так и не видать. Если раньше Европа с трудом поспевала подписывать новых гениев, то теперь их количество стало стремительно уменьшаться.

Несколько лет назад два скаута Копенгагена, ведущего клуба Дании, прибыли в Авельянеду – город к югу от Буэнос-Айреса. Здесь их привлек молодой игрок Расинга, на которого им ну очень хотелось посмотреть. Одна беда – они не могли пройти на стадион.

В Европе действует негласное соглашение, согласно которому скауты получают бесплатные билеты на высокие места, с которых, в компании коллег, можно хорошо видеть каждого игрока на поле. В Аргентине же работа скаутов сложнее, и двум датчанам, отчаявшимся дозвониться до клуба, пришлось самим покупать билеты и усаживаться рядом с болельщиками. Место им досталось не лучшее.

После этого Расинг одумался и стал пытаться всячески облегчить работу скаутов, хотя клубный координатор Диего Уэрта все еще считает, что европейским коллегам пробраться на матчи местного чемпиона не очень легко. В этом плане Аргентина разительно отличается не только от Европы, но и от Бразилии.

Бразилия всегда была главным экспортером талантов. В мае CIES Football Observatory подсчитала, что более полутора тысяч бразильцев выступают за пределами родины. Аргентине никогда и не снились такие цифры, хотя в прошлом разница между двумя странами была не так уж и велика.

Что уж там, в 2014 году Аргентина продала больше футболистов, чем Бразилия. В то время если бразильцы и превосходили своим числом, то не сильно. Теперь же объем футбольного экспорта катастрофически уменьшился. По словам CIES, в 2019 году страну покинуло всего 78 игроков. Бразилия вновь вырвалась вперед.

Почему так получилось? Причин может быть несколько. Специалисты приписывают такие цифры прежде всего академиям и школам Бразилии, чей уровень начинает приближаться к европейским. Другая причина – относительная простота и прозрачность местных клубов. Вас приглашают, проводят тур по академии, угощают кофе и расписывают всех игроков. Тут процесс налажен, – рассказывает глава селекции одного из крупнейших клубов Европы.

И результат налицо. До 2014 года в Серии А выступало больше аргентинцев, чем бразильцев. Так же было и в АПЛ. Теперь даже в Испании, в прошлом самой привлекательной для аргентинцев стране благодаря отсутствию языкового барьера, Бразилия вырывается вперед. В 2018 году здесь выступало 39 аргентинцев и 21 бразилец. В этом сезоне бразильцев все еще меньше, но на каких-то пять человек.

Кажется логичным предположить, что все дело в налаженных международных связях. Бразильцы зовут скаутов, все им разъясняют, а аргентинские клубы даже не всегда отвечают на электронные письма. В нынешних условиях клубы предпочитают не покупать кота в мешке, и то, как ужасно все организовано в Аргентине, их отпугивает. Какой смысл присматриваться к футболисту, которого даже вживую не увидишь?

Уэрта, впрочем, не спешит соглашаться: Десять лет назад так и было. Сейчас все сложно, но все сложно было и тогда. Сделки все еще заключаются.

У большинства грандов есть свои списки, в которых перечисляются все сильные стороны каждого чемпионата. В большинстве случаев за первую строчку борются АПЛ и Ла Лига, а Германия чаще занимает третье место. У аналитической фирмы 21st Club есть свой рейтинг: здесь шестое место занимает Серия А… из Бразилии. Аргентинская Суперлига – восьмая. Мы считаем главные клубы Аргентины сильнее бразильских, но не сильно. Но у бразильцев есть своя сильная сторона – глубина составов, – рассказывает главный начальник селекции Омар Чадури.

Благодаря этому с Бразилией проще работать. Лиги, в которых больший разброс талантов, могут быть менее понятны. Если вы смотрите на игру Бока Хуниорс против слабого соперника, сложно понять, насколько хорош каждый футболист.

Все стало еще хуже в 2015 году, когда Суперлига увеличилась до 30 команд. Сейчас их всего 24, но вскоре эта цифра опять возрастет из-за пандемии.

Уровень просто не может не падать, – считает Уэрта, указывая на размер лиги. – Тут есть восемь или десять команд, а остальные ну совсем уж слабые.

Принято считать, что вина лежит на правительстве, однако Уэрта указывает на множество факторов, от экономического спада до ухода Токалли и его учителя Хосе Пекермана из системы молодежной сборной. Нынешние же клубы, как он считает, недостаточно дальновидны.

Проекты есть только у некоторых. Большинство пекутся только о результате – даже на молодежном уровне. Они живут сегодняшним днем.

Но деградация рынка Аргентины связана не только с внутренними проблемами. Существование специализированного софта и новые алгоритмы тоже влияют на то, где европейцы ищут будущих звезд. Такие клубы, как Удинезе, Лион и Порту считают Аргентину и Бразилию премиальными рынками. Им гораздо выгоднее отыскать кого-то в Чили, Колумбии или Уругвае.

Причем они давно знают, как: для этого давно существуют специальные инструменты вроде Wyscout, позволяющие просматривать столько матчей, сколько душе угодно. Технологический процесс полностью поменял все, и теперь Нигерия экспортирует больше футболистов, чем Нидерланды. У Ганы больше многообещающих звезд, чем у Бельгии.

Изменился и процесс подготовки молодежи в Европе. В прошлом в Германии, Англии или Испании просто не вырастали такие техничные игроки, – подтверждает Уэрта.

Европейский футбол раньше нуждался в Аргентине и Бразилии, где выступали настоящие волшебники. Теперь же процесс отбора стал намного жестче. Талант? У нас своего хватает.

Уэрта надеется, что нынешний упадок аргентинского футбольного рынка временный. У нас есть много интересных игроков, которым 15, 16 и 17 лет. Возможно, Токалли прав: одаренных футболистов в Аргентине не меньше, чем в Европе. Просто Европа больше не нуждается в них так, как раньше.